пятница, 3 сентября 2010 г.

Мир может быть намного лучше, чем сейчас. Надо только спросить. Нет, правда, давай. Спроси меня. Как нужно есть артишоки? Как нужно есть спаржу? Спроси. Как нужно есть омара? Омары в кастрюле выглядят уже достаточно мертвыми, поэтому я достаю одного. Я говорю спикерфону: Для начала, открутите большие передние клешни. Остальных омаров я кладу в холодильник, чтобы мои работодатели потренировались в их разборке. Спикерфону я говорю: Делайте пометки. Я разламываю клешни и съедаю мясо внутри них. Затем сгибайте омара до тех пор, пока его хвост не отломится от туловища. Отломайте кончик хвоста, тельсон, и при помощи вилки для морепродуктов вытолкните мясо из хвоста. Удалите кишку, которая идет вдоль всего хвоста. Если кишка пустая, значит омар ничего не ел за последнее время. Толстая черная кишка все еще полна экскрементами. Я ем хвостовое мясо. Вилка для морепродуктов, говорю я с набитым ртом, это маленькая детская вилочка с тремя зубчиками. Затем отделяете спинные щитки от туловища и едите зеленую пищеварительную железу, называемую томэлли. Съедаете кровь с медным привкусом, которая превратилась в белую кашицу. Едите недозревшие яйца цвета кораллов. Я съедаю их все. У омаров открытая кровеносная система, то есть кровь просто булькает у них внутри, омывая различные органы. Легкие - губчатые и жесткие, но вы можете их есть, говорю я спикерфону и облизываю пальцы. Желудок - это жесткий мешок, набитый чем-то вроде зубов и расположенный прямо за головой. Не ешьте желудок. Я копаюсь в трупике. Я высасываю небольшое количество мяса из каждой ходильной ноги. Я откусываю маленькие створки жабер. Узловатый мозг не трогаю. Останавливаюсь. Продолжать невозможно. Спикерфон кричит: "Окей, что теперь? Это всё? Осталось что-нибудь съедобное?" Я не отвечаю, потому что, согласно ежедневнику, уже три часа. В три часа я должен копаться в саду. В четыре - перестраивать цветники. В пять тридцать я выдерну шалфей и заменю его на голландский ирис, розы, львиный зев, папоротники и травяное покрытие. Спикерфон кричит: "Что там случилось? Ответь мне! Что не так?" Я сверяюсь с графиком, и он говорит, что я должен быть рад, я работаю продуктивно. Я упорно тружусь. Здесь все черным по белому. Я выполняю их же инструкции. Спикерфон кричит: "Что нам делать дальше?" Сегодня один из тех дней, когда солнце действительно хочет тебя поджарить. Спикерфон кричит: "Надо еще что-то делать?" Я не обращаю внимания на спикерфон, потому что делать больше нечего. Почти нечего. И, может быть, это всего лишь игра света, но после того, как я съел почти всего омара, я заметил, что его сердце бьется.

четверг, 26 августа 2010 г.

отпустило (отступило). пойду пройдусь
чувствую - промокну



понедельник, 23 августа 2010 г.

ночью замерзают коленки. оно и к лучшему - холод стимулирует.
все произошедшие трансформации не поддаются никакой оценке, все происходит само собой;
i'm absolutely lazy. не в плане отсутствия усидчивости или интереса, скорее просто ощущаю себя плывущей
на надувном матрасе по глади морской с бутылкой рома в руке. и плыву вроде бы верно, но голову за пару месяцев напекло (или прогрело - пока не ясно) уже порядочно.

это, что касается головы отдельно,


из неё же собственно все ещё сыпется песок





среда, 11 августа 2010 г.

Я — есмь. Ты — будешь. Между нами — бездна.
Я пью. Ты жаждешь. Сговориться — тщетно.
Нас десять лет, нас сто тысячелетий
Разъединяют.— Бог мостов не строит.

Будь!— это заповедь моя. Дай — мимо
Пройти, дыханьем не нарушив роста.
Я — есмь. Ты будешь. Через десять весен
Ты скажешь: — есмь!— а я скажу: — когда-то...

м.ц.

воскресенье, 25 июля 2010 г.

кроме меня с Тобой
и Господа Бога
никто не в силах представить
в каких вселенных измеряется Наша Победа

над ревностью

позвонили что Ты ушла
и захотел Тебя снова

еще миллион раз
надоедим друг другу до изнеможения

понедельник, 19 июля 2010 г.

неумелыми пальцами
по черно-белому полотну фортепиано
я пройдусь спотыкаясь
сбиваясь
но мелодию эту до конца
проиграю
тебе
1:0


среда, 14 июля 2010 г.

сегодня ночью я закопала старые грабли

пятница, 11 июня 2010 г.



зонтик сделал тебя счастливой,
ты пробовала сливы со сливками,
пила водку и шампанское,
о равенстве не было и речи.

копейки, рубли, общая сумма.
театр подразумевает умение считать.
нужно чудесное средство и двадцать четыре страдания
нужна любовь - товар для контрабандистов.

вот мы, ничего не понимающие,
может быть пойдем одни на рыбалку.
когда-то и рыбы были счастливы,
а теперь им совсем нечего делать.

пятница, 4 июня 2010 г.

если для того, чтобы танцевать, вам нужно просить разрешения у местных жителей, значит вы находитесь в стране, где на танец наложен запрет. И тогда лишь небольшой набор движений позволяет нам открыто выражать и раскрывать собственную правду тела и его желания. Под одеждой каждый участок кожи ждет момента, чтобы показать нам свое истинное лицо, каждый мускул ждет, чтобы иметь возможность увидеть и вдохнуть немного воздуха, следовать за ветром, за светом и за темнотой. Страх телесной «грязи» – наказание за желание телом прикосновения, движения, исследования и свободного плавания. Воспоминания о прожитой жизни осталось в каждой части тела, которые выполняют только утилитарные задачи: стоять, сидеть, лежать. Мы сейчас знаем наше тело только в тех частях, которые соприкасаются с нашей одеждой. Части отделились друг от друга, и от других тел. Шаг за шагом, каждая защита должна рассказать свою историю, нужно остановить вытеснение, необходимо новое воспитание, больше, чем обычное воспитание: что мы помним о состоянии нерожденности, как мы понимаем землю, которая помнит всех умерших животных, давших нам жизнь в процессе эволюции? Древний человек вновь появляется, чтобы искоренить сегодняшнее неблагоразумие и научить нас тому, что мы подавляем.

среда, 2 июня 2010 г.

в моменты тотального паралича, не стоит забывать, что наше тело, мысли и желания - это лишь тонкий пласт нашего тотального бытия. и лишь кожа - как материя - является ощутимой границей между нашим внешним и внутренним существованием. so, открываем клапаны и двигаемся вперед (как показывает практика движение возможно и при полном покое тела например). ну и позитивное мышление - как догма, ведь пирожное, по сути своей, равно его отсутствию



вопрос о преодолении пока остается открытым